ОТ ИЗДАТЕЛЯ

Начиная с конца восьмидесятых годов теперь уже прошлого столетия наша областная газета «Северный Казахстан» (в то время «Ленинское знамя») усилиями члена Союза писателей СССР Владимира Шестерикова начала активный поиск о жизни и творчестве выдающегося казахского поэта Магжана Жумабаева.
На протяжении более чем 10 лет в газете появлялись свидетельства письма, воспоминания, документы о жизни и творчестве Магжана, а также публикации из других периодических изданий, среди которых приоритет принадлежал республиканскому журналу «Простор», который еще в конце 60-х годов стараниями нашего выдающегося земляка и доброго друга нашей редакции писателя Ивана Шухова пытался познакомить читателей с жизнью и творчеством подвергшегося репрессиями опального поэта.
Шаг за шагом, год за годом мы пытались донести до читателей все, что доводилось узнать о Магжане. Итогом этой нашей многолетней работы и стала повесть-поиск Владимира Шестерикова «Степная родина Магжана», в которую вошли воспоминания, письма, документы, свидетельства современников Магжана, находки краеведов и т.д.
Собранное воедино и пропущенные через призму восприятия автора, они, надеемся, помогут читателям зримо проследить полную драматизма линию судьбы поэта, причем, ни в коей мере не претендуя на всеохватность и исчерпывающие сведения.
Второй и третий разделы книги «Жизнь и лира Магжана» составят поэзия и проза Магжана, куда вошли стихи Магжана, опубликованные в разные годы в нашей газете, а также в ряде других периодических изданий, а также в вышедшей недавно в свет книги «Пророк» (Алматы, 2002, издательский дом «Жибек-Жолы»), ставшей заметным явлением в культурной жизни Казахстана.
«Магжановские чтения» - раздел, в котором читатели найдут сведения из родословной поэта, основные вехи биографии, высказывания о нем, выдающихся общественных деятелей, писателей, критиков, библиографию о жизни и творчестве Магжана.

ЛЕТЯЩЕЕ ПЛАМЯ
Повесть – поиск

С ЧЕГО НАЧИНАЛСЯ ПОИСК
Но что-то делает его внешне похожим еще и на Сергея Есенина. То ли волны вьющихся волос, только не русых, а черных, как смоль, то ли открытая, как североказахстанская степь и словно распахнутая навстречу самой жизни искренность в глазах, только не синих и озорных, а темных, как степная ночь, и, кажется, чуть подернутых дымкой печали, что по утрам тает над войлоком юрт его родного аула. То ли по-есенински пронзительные до слез, полные глубочайшего лиризма стихи, музыка которых понятна душе, даже если не знаешь языка, на котором они написаны.
И все-таки как бы ни называли, с кем бы ни сравнивали поэта, он был и остается самим собой, неповторимым, незаурядным поэтом.
Что же касается судьбы, какая выпала на долю Магжана, трудно найти более трагическую. Большой самобытный поэт, которого по праву можно считать не просто достойным преемником Абая, но и классиком казахской поэзии, был дважды незаконно репрессирован, подвергнут унижениям, лишен права писать, подвергнут и гонению. Но на примере его судьбы еще раз убеждаешься, что великий талант не подвержен мраку забвения, что рано или поздно он, в какую бы темницу его ни заключали, подобно яркому солнечному лучу, вырвется на волю и озарит все вокруг себя ярким светом.
Стихи, которые трудно найти даже в газетных и журнальных подшивках, где все, что связано с именем Магжана Жумабаева, вырезано бритвочкой или ножницами, а тем более в вышедших при жизни, а затем изъятых из библиотек сборниках «Шолпан» (Казань, 1912 г.), «Стихи Магжана Жумабаева» (Ташкент, 1923 г.), поэмы «Жусуп-хан» (Москва, 1928 г.) и других, на протяжении десятилетий хранились в памяти народной, передавались из уст в уста, из поколения в поколение, перекладывались на музыку, пользовались неслыханной популярностью в странах Востока.
Всего каких-то десять с лишним лет назад мы узнали о его судьбе, прочитали его впервые переведенные на русский язык творения.
Имя Магжана я впервые услышал из уст Ануарбека Шманова, занимавшего в 60-е годы, годы хрущевской «оттепели», пост секретаря Северо-Казахстанского обкома партии и курирующего вопросы идеологии. Закончивший один из самых престижных вузов страны - Московский институт международных отношений (МИМО), в котором в то время учились многие отпрыски партийной элиты, отлично владеющий немецким языком и свободно читающий подлинники стихов Гете, он был в высшей мере демократичным человеком и обаятельнейшим собеседником; не только любил общаться, он и активно поддерживал, как мог, литераторов, художников и других представителей творческой интеллигенции, не чурался встречаться с ними ни в своем кабинете, ни за дастарханом.
Однажды на одной из наших литературных посиделок, на которые мы пригласили Анвара Нажметдиновича, из его уст мне и довелось услышать о том, что есть поэт огромного таланта, стихи которого передаются в народе из уст в уста, творения его широко известны в странах Востока, а в Турции есть памятник ему. Имя его - Магжан. В ответ на наши расспросы, почему мы ничего не знаем о нем, он ответил: «Его уже реабилитировали, а значит, скоро вы узнаете о нем. А пока запомните это имя».
Я, участвующий в той нашей встрече, заинтересовался судьбой поэта, тем более что, как потом узнал, он родился недалеко от родных мне мест и мы с ним, как говорится, земляки в полном смысле этого слова.
От присутствующего вместе со мной на тех литературных посиделках Муталлапа Кангожина, журналиста и поэта, мне довелось услышать историю о том, какое горячее участие проявлял известный писатель Иван Шухов, чтобы вызволить из плена забвения музу Магжана.
-Я учился в Казахском государственном университете и был участником собрания, обратившегося с просьбой к правительству республики об издании произведений Магжана Жумабаева, и с нетерпением ждал, когда это произойдет. Я ведь еще в детстве слышал о Магжане в своем родном ауле и находился под очарованием его прекрасных стихов.
В том же 1965 году группа студентов во главе с профессором, доктором филологических наук Х. Махмудовым, поэтом-переводчиком Александром Жовтисом и нашим земляком, писателем Хамзой Абдулиным проводила цикл лекций о Магжане.
Ряд стихов поэта перевели на русский язык Олжас Сулейменов и Александр Жовтис. Помимо этого, писатели и ученые намеревались познакомить читателей журнала «Простор» с творческой биографией М. Жумабаева. Главным редактором журнала в то время был наш земляк, писатель Горьковской школы Иван Шухов, который с воодушевлением поддержал идею.
Студенты-филологи КазГУ днями не покидали стен редакции «Простора». Все с нетерпением ожидали очередной номер журнала с портретом Магжана. Однажды я очутился в редакции по каким-то своим делам. Вижу: навстречу идет Иван Петрович. Поздоровался. Он приветливо похлопал меня по плечу, пригласил в кабинет, где уже сидели сотрудники журнала. Все замолчали в ожидании услышать что-то важное.
-Не получилось, - сказал с досадой Шухов. - Но Магжан все равно будет издан, наступит такой день.
Всем, находящимся в кабинете, в том числе и мне, главный редактор знаменитого в то время на весь Союз журнала «Простор» подарил по портрету Магжана.
Чувство соперничества, зависть к таланту, родовые пережитки стали камнем преткновения на пути к полной реабилитации поэта в 60-е годы.
Так в истории с Магжаном получилось, что сам он был реабилитирован, а поэзия все еще была под запретом.
-А могли бы узнать о Магжане намного раньше, - говорил уже спустя время мне Муталлап, - если бы кое-кто из писательского круга не использовал свое влияние, чтобы зачеркнуть великое имя в нашей литературе, конъюнктурно спекулируя на политических взглядах поэта, который никогда ни у какой партии «не ходил в адъютантах», как он сам выразился.
Разумеется, я заинтересовался той самой, «просторовской» фотографией, хранившейся много лет у моего друга-поэта. И попросил его принести ее к нам, в редакцию. Просьба была исполнена. Так состоялась моя незабываемая первая «встреча» с Магжаном.
Честно говоря, глянув на фотографию, я слегка оторопел, поразившись европейскому виду поэта. Бросались взору тонкие черты смуглого лица, черные с курчавинкой волосы. Скажу откровенно: наверное, именно первое впечатление от увиденного, от знаменитых слов известного русского поэта-символиста Валерия Брюсова, сказанных в адрес Магжана, и послужило названию моего первого очерка о Магжане «Его называли казахским Пушкиным», опубликованного 25 марта 1989 года в нашей областной газете «Ленинское знамя» (ныне «Северный Казахстан»).
Но, разумеется, его появлению способствовало знакомство с первыми материалами о Магжане Жумабаеве, появившимися в журналах «Дружба народов» и «Простор», когда все-таки было наконец снято табу с его творчества. Замечу, что это произошло спустя почти четверть века после реабилитации поэта.
Страницы последнего в 1988 году (за пять лет до столетия Магжана) номера журнала «Дружба народов», познакомившие с письмом народного поэта Башкирии Сайфи Кудаша, адресованным в 1969 году первому секретарю ЦК Компартии Казахстана Д.А. Кунаеву и первому секретарю Башкирского обкома партии М.З. Шакирову, заставили сильнее забиться читательские сердца.

«Батыр Баян». Вступление к поэме
Лучшая из поэм, принесшая поэту всенародную известность, поэма «Батыр Баян» написана в 1923 году и в том же году впервые издана в журнале «Шолпан» в г. Ташкенте.
Основанная на народных легендах, поэма повествует об исторических событиях второй половины 18 века. Главные герои поэмы - батыр Баян и хан Абылай, другие батыры и бии - исторические личности, оставившие яркий след в освободительной борьбе и становлении единого Казахского государства.
Батыр Баян из похода на джунгар привозит юную пленницу. Ослепленный ее красотой, он влюбляется в джунгарку, но строптивая пленница противится его чувству. Благородный батыр, уважая ее чувства, оставляет ее у себя в качестве названой сестры.
Между юным Нояном, братом батыра Баяна, и джунгаркой вспыхивает взаимная любовь. Пленница уговаривает Нояна бежать с ней на ее родину и там соединиться узами брака.
Батыр Баян настигает беглецов в местности Жолдыозек. Это пойма исчезнувшего ныне русла, соединявшего некогда цепь озер на территории Северо-Казахстанской области. Роковая встреча происходит неподалеку от аула Аралагаш.
Ослепленный чувством ревности, в ярости от предательского поступка Баян убивает юных влюбленных.
Хан Абылай собирает войско против джунгар, вновь вторгшихся в страну. Поход задерживается из-за отсутствия любимого батыра хана-Баяна. Наконец, он появляется и, не объясняя свою задержку, встает под знамена хана. Встреча двух войск происходит у озера Балхаш. Увидев крупное войско казахов во главе с легендарным ханом и именитыми казахскими батырами, джунгары предлагают дело решить миром и без боя покинуть чужую страну. Абылай принимает их условия. Баян не соглашается с ним. Раздираемый чувством отчаяния и боли из-за собственноручного убийства самых дорогих ему людей, оскорбленный за честь Родины, он с сотней своих воинов бросается вслед уходящим джунгарам и геройски погибает в неравном бою. Поэма заканчивается на оптимистической ноте, утверждая, что героизм и подвиги батыров во славу Отечества не будут забыты.
Главный герой поэмы - батыр Баян из рода Уак, родился в долине реки Обаган между нынешними Костанайской и Северо-Казахстанской областями. Примерные годы его жизни 1714-1759. Его потомки живут ныне в бывшем совхозе «Карагандинский», городе Булаеве нашей области.
В приводимом ниже переводе зачина поэмы, который я попытался перевести на русский язык, поэт объясняет причину своего обращения к далекому прошлому наших предков.
Аскат САГАНДЫКОВ

Слышишь, сердце, я в печали, в ранах,
Злыдня - жизнь тюрьмою стала новой,
Где душа горит в закатах алых,
Где не руки - мой язык в оковах.

Утомленный жизнью окаянной,
В старину, как в сказку, я уйду.
Может, ключ загадки, как ни странно,
В дивных временах я тех найду.

Может, в думах о далеком прошлом,
Я смогу себя в том убедить,
Что нас жизнь отравою нарочно
Учит ненавидеть и любить...

А поэт - ну чем он не ребенок,
Что руками тянется к Луне.
Сказкой убаюканный с пеленок,
Что же ищет в жгучем он огне?

Ровен след у серости по жизни -
За поэтом след - кровавый ров.
Вложит он в поэму или в тризну
Слезы, боль, надежду и любовь.

И из этого не выйти ему круга,
Одинок поэт в людском миру,
Поверяя тайны свои другу -
В вечности парящему перу.
Перевел А. Сагандыков

НАДПИСЬ НА ДЕТСКОМ НАДГРОБЬЕ
О дитя не скорбите, родители,
Ввергнуть в горе он вас не хотел.
В небеса, в вечной нашей обители,
Вам готовить места улетел.

Нет, не умер - оставил он землю,
Не горюйте, что светоч угас;
То земною греха не приемля,
Он в раю ждет, родители, вас.
Аскат Сагандыков

ПРОЗА ПОЭТА

Как и многие выдающиеся мастера художественной литературы, Магжан проявил себя не только в поэзии, но и в других жанрах - прозе, публицистике.
На высоком художественном уровне написаны его рассказы и новеллы, не говоря уже о замечательных образцах переводов на казахский язык произведений классиков русской и зарубежной культуры. В Москве им были переведены и изданы «Песня о Буревестнике» М. Горького, «Белый конь» Мамина-Сибиряка, рассказы Всеволода Иванова, написанные о жизни казахов.
В этом разделе мы предлагаем читателям познакомиться с прозой М. Жумабаева. «В своем рассказе «Грех Шолпан», - говорится в аннотации к рассказу, опубликованному в журнале «Простор» (1992 г., №№ 11 - 12), - Магжан Жумабаев поведал нам историю женщины, которая ради своей любви к мужу изменяет ему и заставляет нас задуматься над вопросами чести, любви, долга, верности. Если Абай устами пушкинской Татьяны впервые дал возможность девушке-казашке говорить о своих переживаниях, то Магжан языком прозы сумел донести до нас самые глубокие психологические переживания, эмоционально пробудить в сердце читателя жалость и сострадание к несчастной Шолпан. Для Магжана нет ничего выше и достойнее любви, а героиня его рассказа своей смертью искупает право на любовь, право на материнство, право самой выбирать путь любящим и нежным сердцем».

Магжан ЖУМАБАЕВ

МАГЖАНОВСКИЕ ЧТЕНИЯ
СЛОВО О ПОЭТЕ
«Из казахских писателей я, конечно, люблю Абая…После него люблю Магжана. Люблю его европейское естество, его яркость и блеск. Рожденный в старотрадиционном ауле казахских поэтов и достигший дворцов европейской культуры и красоты, он своей необыкновенной привлекательной внешностью и обаянием был похож на прекрасную дочь Золотой Степи. Магжан - поэт огромной культуры. Его поэтическая индивидуальность настолько уникальна, что он перерастает рамки своей эпохи…
Из числа всех нынешних писателей только слово Магжана устремлено в будущее и достойно останется в памяти грядущих поколений. Я не уверен и очень сомневаюсь в том, что сказанное каждым из нас, кроме него, останется в литературе».
Мухтар АУЭЗОВ

«Магжан силен чеканностью, образованностью и выразительностью слога. Слова в его стихах подобны жемчужинам, нанизанным на шелковую нить. Стихам его присущи нежность, порою печально-горестная тональность. Подобного поэта, как Магжан, с его теплым, мягким, зефирным звучанием слога, не встретишь среди современных казахских поэтов. Он умеет извлекать чарующие звуки из сердца кобыза»
Жусупбек АЙМАУТОВ

«Абай – поэт ума, а Магжан - поэт поэтов. Магжан как поэт сильнее Абая. Мы должны учиться у Магжана"
Сабит МУКАНОВ

«Магжан Жумабаев имеет для казахского народа такое же значение, какое для англичан - Шекспир, для русских – Пушкин»
Алкей МАРГУЛАН

«Магжан Жумабаев – вершина, возвышающаяся в сердце нашей духовной жизни, ее видит всяк, кто поднимет голову и обрадуется ей. Знать Магжана, почитать его, гордиться им – значит знать, почитать свой народ, свой язык, свою культуру»
Гафу КАИРБЕКОВ

«Муза Магжана гармонична, она глубоко раскрывает жизнь, быт и обычаи казахского народа. Она одновременно наполнена радостью бытия и страданием, юмором и печалью. Вместе с тем муза Магжана была героической, бесстрашной, она звала к лучшей жизни народа»
Какымбек САЛЫКОВ

«Поэзия Магжана Жумабаева… принадлежит человечеству, ибо есть некая особенность настоящей поэзии, настоящих стихов, которая сродни цепной реакции, когда, родившись в одном определенном месте, в одном регионе, в одной стране, эти стихи уже не принадлежат этой местности, они распространяются по странам и континентам, минуя преграды и запреты, чтобы навсегда остаться в сердце своего читателя»
Бахытжан КАНАПЬЯНОВ

МАГЖАНА ЖУМАБАЕВ: МЫСЛИ И АФОРИЗМЫ
Хотелось бы привести в переводе некоторые малоизвестные для широкого читателя изречения поэта:
Не море в мире глубоко, а человеческая душа.

Если у человека единый предок, так он же и дитя своей эпохи.

Для того, чтобы быть настоящим Человеком, недостаточно любить лишь себя, своих близких, обязательным условием является любовь к человечеству.

Народность народа сохраняет - его литературу, историю и традиции.

Женщина - божество мужчин, она может их: создать, и влюбить, и обжечь.

Детей не нужно воспитывать по подобию и личному примеру воспитателя, а готовить в соответствии с требованиями грядущей эпохи.

Обязанность человека - любить помимо представителей своего народа и людей других народов. На Земле человек должен любить человека. Это - основная, характерная черта человеческой природы.

Этнопедагогика известна и доступна каждому воспитателю как издавна проторенный путь и метод воспитания... и поэтому воспитание на национальных традициях - обязанность каждого воспитателя.

Судьба казахов, будущее страны зависит от того, на какой основе заложена школа. Если школа чиста (духовно), крепка и соответствует нашим духовным потребностям, можно с уверенностью смотреть в будущее.

Если пошел на убыль язык нации - это значит она начала вымирать.

В языке нации, как в зеркале, отражается его земля, история, быт, нравы и характер. В казахском языке отображается бескрайняя золотая степь, история народа, которая, то спокойна как безветренная ночь, то стремительна как вихрь, мгновенные перекочевки в степи, неторопливый, безсуетный характер номада.

Слова знающего - лекарство.
В нем - великодушие и благосклонность.

Адресованные Абаю стихи Магжана можно адресовать ему самому:
«Спи спокойно в могиле и не печалься:
Не говорит: «Впустую, понапрасну источал свои слова!»
Твои слова - слова вождя!
Казахов молодое поколение применят их
Во благо лучших намерений».

Подготовил Сагиндык САЛМУРЗИН

Краткая биография

Магжан Бекенович Жумабаев родился 25 июня 1893 года в Полудинской волости Петропавловского уезда Акмолинской губернии (ныне район Магжана Жумабаева Северо-Казахстанской области)
Отец Магжана Бекен занимал пост волостного управителя в Полудине, был человеком прогрессивных взглядов.
Учиться Магжан начал с четырех лет в домашней школе Бекена, созданной для своих детей и родственников. Учителем был высокообразованный, владеющий многими языками Востока молодой человек - Ахиетден Аханов, башкир по национальности. У Ахиетдена какой-либо учебной программы не было. Он обучал восточным языкам и восточной литературе. Преподавал также арифметику и географию.
С 1905 по 1910 год Магжан учится в медресе (духовной семинарии) г.Петропавловска, где медрессисты учили арабский, персидский, турецкий языки как основные предметы, изучалась история тюркских народов.
Осенью 1910 года приехал в Уфу и поступил в знаменитое в ту пору медресе «Галия», приравненное к высшему духовному учебному заведению. Значительное влияние на духовное становление поэта оказал Галимжан Ибрагимов, впоследствии известный татарский писатель, преподававший в медресе. По его совету М.Жумабаев переезжает в Омск, чтобы поступить в учительскую семинарию, которую заканчивает с золотой медалью в 1917 году.
В Омске Жумабаев принимал активное участие в создании общества «Бирлик» («Единство»), был введен в состав областного комитета «Алаш», но вскоре отказался от участия в этой организации.
Творческий путь Жумабаева начался в 1909 году. Широкое признание принес ему сборник «Шолпан» (Казань, 1912 г.)
В этот период он знакомится с людьми, оказавшими большое влияние на его творчество: Б.Майлиным, С.Сейфуллиным, М.Дулатовым, Г.Потаниным, который после первых встреч с Магжаном предсказал, что юноша в будущем станет вторым Чоканом Валихановым. Предсказание великого ученого сбылось: Магжан Жумабаев впоследствии стал крупным тюркологом, историком, лингвистом , педагогом в духе русской классической школы, автором учебников по казахскому языку и литературе, книги «Педагогика».
В первой половине 20-х годов М.Жумабаев живет в Ташкенте, где работает в газете «Ак жол», печатается в местных журналах «Шолпан», «Сана». В это время создается знаменитая поэма «Батыр Баян». Здесь же, в Ташкенте, выходит его второй сборник стихов в 1923 году.
В 1923 году по приглашению наркома просвещения А.В.Луначарского поэт приезжает в Москву и преподает восточные языки в Коммунистическом университете трудящихся Востока. Принимает активное участие в работе издательства «Восток», составляет учебники для средних и неполных средних казахских школ, а вечерами учится в Высшем литературно-художественном институте. В Москве (1923-1926 гг.) Жумабаев много занимается художественным переводом. Им были переведены на казахский язык и изданы «Песня о Буревестнике» М.Горького, «Белый конь» Мамина-Сибиряка, многие рассказы В.С.Иванова, написанные о жизни казахов.
В 1927 году Магжан возвращается в Петропавловск и работает преподавателем педагогического техникума и в совпартшколе.
В 1929 году М.Жумабаева арестовывают и осуждают на 10 лет, инкриминируя ему создание в 1921 году группы «Алка» якобы для подпольной деятельности, хотя группа эта была организована представительством Казахской АССР при Сибревкоме для широкого осведомления населения Сибири о Казахской республике. В 1935 году, находясь в лагере, Магжан написал письмо Максиму Горькому, который помог ему досрочно освободиться из заключения. В 1936 году, вернувшись в Петропавловск, он стал работать преподавателем русского языка и русской литературы в неполной средней школе имени Пушкина, но вскоре «алаш-ординца» увольняют . Он решает ехать в Алма-Ату, поступает там работать в краеведческий музей. Не успел привыкнуть к новой работе – его вновь увольняют. Несмотря на свое положение, душевное состояние, он пишет стихи «Джамбулу», «Девяносто девять», «К перу моему».
30 декабря 1937 года Магжана вновь арестовывают, а уже 19 марта 1938 г. расстрелян как «враг народа».
8 июля 1960 года Жумабаев был посмертно реабилитирован. Вот что указывается в документе: «Решение комиссии НКВД и прокуратуры от 11 февраля 1938 года в отношении его производством прекратить, поскольку за эти деяния Жумабаев был осужден к 10 годам и наказание отбыл».
В 1988 году поэт был реабилитирован окончательно. ( Каз. ССР ЦК КП «О творческом наследии Магжана Жумабаева, Ахмета Байтурсынова и Жусупбека Аймаутова»: Заключение комиссии ЦК Компартии Казахстана по изучению творческого наследия Магжана Жумабаева, Ахмета Байтурсынова и Жусупбека Аймаутова//Каз.правда.-1988.-28 декабря.)
Вышли материалы о жизни и творчестве Магжана, первые переводы его стихов на русском языке.